Ваше творчество - СТИХИ, ПРОЗА

[Валентиночка]

http://nefrit.at.ua/
Хотелось бы услышать мнения и критику =))

[Тайах]

небезпека ховається зовсім поруч
в горнятку кави із присмаком попелу
в могутніх скронях дубів
у вимкненому мобільнику
у заблуканих в часі та просторі
неотриманих есемесах
в сигареті, що тліє так довго
і хочеться вмерти
чи прикласти щасливе лице
до торішнього прілого листя
небезпека сидить десь під грудьми ізліва
як бажання ніколи
не повертатись
додому...

[4ernoslivka]

Приветствую я только зарегистрировалась и нашла свою любимую тему. тоже решила разместить свое стихо:

Давай не будем упиваться горем,
Привычно эту трещину закроем
Прозрачным скотчем. Выпьем чай с лимоном,
Цитируя Сократа и Платона.

И столько вечных слов собьются в кучу,
Как перья в этой маленькой подушке,
Как листики заварки в тёмной кружке…
А завтра всё, конечно, будет лучше.

Твою мораль не трогают законы.
Моя рука коснуться не посмеет
Ни кружев твоей шёлковой постели,
Ни лепестков увядшего бутона.

И жалость не ужалит острым жалом.
И отупеет синий карандаш.
Уснёт вчерашний день под одеялом
Ещё горячий, но уже не наш.

[violetlena]

ооочень важно для меня! напишите, что исправить, что не понравилось

Портретный очерк
Ангелине 18, но она уже нашла себя в жизни. У нее есть своя особая сила, чтобы чувствовать радость и печаль, слышать и слушать, говорить, используя свой язык и чувствовать тишину, доверять и доверяться, вслушиваться в свой пульс, свое сердцебиение и дыхание, находить гармонию с собой и миром. Эту невероятную силу может ощутить только тот, кто говорит на особенном языке – языке танца.
Просторный зеркальный зал для нее все равно, что полотно для художника. Водоворот чувств захватывает ее все больше и больше. Невероятно как тонко она чувствует музыку. Каждый такт будто сливается с ее сердцебиением. Динамика тела, четкие линии, божественные прыжки, неподвижные стойки.…Словно искра костра в полете она создает легкость, красоту и вдохновенность.
С раннего возраста родители отдают Ангелину в художественную гимнастику. Маленькую, худенькую, гибкую ее берут в центр олимпийской подготовки, где она тренируется в молодежной сборной. Ей светит карьера успешной гимнастки. Но получив серьезную травму ноги, она не может больше продолжать тренировки. Ведь судьба она как коробка конфет: никогда не знаешь, какая начинка попадется. Сейчас Ангелина уже не придает особого значения этому, но по легкой дрожи в ее голосе я понимаю, чего это ей стоило. Полгода уходит на восстановление. Но, несмотря на все трудности, она находит в себе силы вернуться и выполнить мастера спорта. На этом ее карьеры гимнастки, к сожалению, а может и к счастью, заканчивается. Если бы все сложилось удачно, она не пришла бы к тому, чем занимается сейчас.
Она переезжает в Москву, где друзья предлагают ей сходить на кастинг в один из ведущих шоу-балетов. Терять ей было нечего, и она рискнула. Через несколько дней раздается звонок. Она принята. Восторг не опишешь словами – она ведь даже не надеялась. Сейчас с улыбкой на улице рассказывает, что даже зажмурилась, чтобы убедиться, что все это ей не снится. Начинается новая жизнь, точнее настоящая школа жизни. Приходится чем-то жертвовать. Самое обидное, вспоминает Ангелина, это выпускной, которого у меня так и не было. Вместо того чтобы отмечать окончание школы, приходится танцевать на чужом выпускном. Такие моменты, как этот, учат быть сильнее, целеустремленнее, делать выбор – воспитывают характер.
На данном этапе каждый день приносит ей массу впечатлений. Новый день - новый город, новые люди. А вместе с тем постоянные тренировки, где надо не только выкладываться по полной программе, но и вживаться в номер, создавать себе свой индивидуальный образ. Ангелина признает, что это не было бы ее смыслом жизни, если бы она не получала столько эмоций и вдохновения от каждого движения. Стремление не стоять на месте, совершенствоваться с каждым днем – вот ее жизненное кредо. Она не старается танцевать лучше других, она старается быть лучше самой себя. Это ее внутренний мир, ее тайный язык, в который она вкладывает всю свою душу. Она делится своей маленькой мечтой – открыть танцевальную студию в родном городе Самаре.
С особым трепетом она говорит о зрителе, благодарном зрителе. Каждый раз после концерта во время аплодисментов захватывает дух. Бывает даже не удержишься, слезы пробиваются. Настолько невероятные ощущения. В такие моменты она понимает, что тратит зря каждый день, в который она не танцевала хотя бы раз.

[Miss Kapriz]

напишите, что исправить,

в плане орфографии?

[violetlena]

это тоже можно))
но вообще хотелось бы услышать впечатление в целом
какие моменты может исправить
художественность
несостыковки какие-то

[Orange]

а что это такое?
похоже на аннотацию к книге

[violetlena]

портретный очерк

[Miss Kapriz]

violetlena, мне кажется, очень даже не плохо.
Вы участвуете в литературном конкурсе?

[violetlena]

нет, я на журналистике, 1 курс
задали очерк писать=)

[oksana19]

Презедентъ
Очередная выставка, на которой элита страны бездумно смотрит на картины, которые не имеют для них никакого значения и смысла. Это дань положению. Тут за бокалом шампанского они обсуждали политические новости, сплетни, наблюдая за объектами разговоров, которые и не подозревали коварных замыслов.
Можно ли назвать элитой страны этих людей? Это формальность, тот крючок, который должен иметь каждый, претендующий на достойное место в стране политик. Та лапша, которая всегда должна свисать с ушей электората.
Первая женщина президент Украины, первый враг оппозиции и возможно будущий враг своей партии. Она не ходила туда, где ей было скучно, не разменивалась пустыми словами, жила так, как сама того хотела. Стройная, красивая и безумно молодая в сопровождении своего супруга Виктория Владиславовна Шредер вошла в галерею. Не обращая внимания на бесстыжие взгляды «любителей» искусства, она подошла к картине, на которой был изображен языческий бог Перун. Её муж, в это время, отыскав взглядом знакомые лица, тут же направился к ним.
Шредер бросила взгляд на мужчину, стоявшего в нескольких метрах от неё, узнала в нем президента, который был избран пятнадцать лет назад и правил всего один срок. Она не видела его на инаугурации, впрочем, тогда она совершенно не знала чем он занимается, а партия, из которой она баллотировалась, была оппозиционной ему и его взглядам. Виктор Андреевич Кларк со своей супругой Катрин Джонсон, американкой по происхождению, с любопытством рассматривал пейзаж. Но вот он повернул голову к следующей картине, мельком обратив внимание на Викторию, и спустя пару секунд уже настойчивее смотрел на женщину.
На нем был очень дорогой серый костюм, который выбрала для него Катрин, очки в серебряной оправе не последнего дизайнера. Стиль всегда безукоризненный, идеальный… так он появлялся на людях, дома же он был обычным человеком. Но сейчас практически все о нем забыли, даже пресса, которая лезет во все на свете, он сейчас не интересовал, он мог бы появляться на таких мероприятиях, как ему заблагорассудится, но нет… привычка, чувство стиля если хотите…..
Шредер даже не была с ним лично знакома, но сейчас, без приглашения, она сделала несколько шагов на встречу, он сделал тоже самое, остановившись напротив картины, они вначале смотрели друг на друга, не произнося слов.
- Виктория – она протянула ему руку
- Виктор – тонкими длинными пальцами он взял её руку, и опустив голову, коснулся её губами
Это непонятно от чего смутило женщину, а кожу от простого поцелуя обожгло, так горячо, что жар поднялся вверх по руке и ударил в голову.
- Приятно видеть образованного человека в должности президента, я слышал несколько ваших выступлений – отпустив её руку, проговорил он
- Давайте на «ты» - предложила она, после того, как он кивнул и своей теплой улыбкой осветил её лицо – и … мне приятно, что вы считаете меня образованной.
- Но вы же сами говорили на «ты».
- О нет, это касается вашего обращения ко мне, вы старше и опытнее меня. Я всего лишь начинаю, и не известно чем все окончится – она между тем бросила ни к чему не обязывающий взгляд на Катрин, которая стояла в стороне и сливалась с фоном полотна
- Я так думаю, спорить с Тобой не имеет перспектив – улыбнулся он, легким движением беря её под руку – тут есть очень симпатичные картины, в другом зале.
- Ведите – кивнула она, полностью отдавая власть над собой ему
Катрин проводила их взглядом, после чего встала на то место, где стояли они. Она никогда не ревновала супруга, и все чаще подумывала уехать в Штаты, но поездка откладывалась по тем или иным обстоятельствам. Повернувшись к картине, она увидела двух возлюбленных стоявших у ручья, они были одеты в древнерусские одежды, а над ними восходило солнце.
- «Влюбленные пред Хорсом» - прочла она надпись без особого энтузиазма и подошла к официанту, который разносил шампанское

Виктория и её спутник, прошли к новой экспозиции, которая называлась «Взгляд в вечность», это были руины, божественные лики, отпечатки на них. Все, что прошло сквозь века, было запечатлено на этих полотнах, с использованием масляных красок прекрасного качества. Тут преобладал классический стиль, более близкий к античному. Ничего связанного с сюрреализмом и футуризмом, такими ненавистными Вике.
- А твой муж не против, что я увел тебя? – спросил Виктор, снимая очки, так ему было более комфортно
- Он не интересуется искусством – она рассматривала картину, хотя возможно просто делала вид, поглощенная новым знакомым
- Почему тогда…
- Сама не знаю – она улыбнулась, и благо он не увидел этого, так как она стояла спиной к нему – мы скорее однопартийцы, чем….
- Это мне кое-что напоминает – в его голосе послышалось отчаяния, и Вика обернулась
Но он уже выдохнул и его вид не давал усомниться в его расположении духа. Она оставила взгляд на его руке, в которой были очки. Сложенные очки были подхвачены указательным пальцем и дополнительно опирались на большой палец, так они повисли на половину в воздухе. Она продолжала гипнотизировать их взглядом, а он начал говорить.
- Может, мы продолжим разговор в более тихом месте, тут столько людей, которые не без любопытства наблюдают за нами. Не подумай, мне безразлично, просто…. Как-то на цирк смахивает, а его не люблю. Пять лет арены меня утомили.
- Да, можно поехать… в один хороший ресторан, тут рядом – пожала она плечами, наконец, оторвав взгляд от серебряной оправы
- А твой муж….
- Он не заметит моего отсутствия. А ваша жена?
- Думаю, она найдет, чем себя занять.
Вот так началось их знакомство. Он открыл ей дверцу в президентский мерседес, после чего сел рядом с ней, не смотря на те косые взгляды, что бросали депутаты из окон галереи, да эта картина была самой интересной на сей выставке.
Женщина проигнорировала все это представление, обращаясь к Кларку, когда машина тронулась.
- Можно задать вам личный вопрос?
- Попробуй – в его глазах блеснул радостный огонек и он улыбнулся
- Почему вы продвигали ту политику, которая привела вас к провалу на второй срок?
- Я отвечу. Моей целю, никогда не была власть ради власти, нет…. Я выдвигал определенные планы, предложения и осуществлял то, что нужно было для украинского государства. Резкое, неугодное, но в будущем очень важно и полезное. Я не ждал понимания, сейчас это не возможно, тоталитарный союз приложил все усилия, чтобы загрязнить разум своим людям.
- В принципе я так и считала – кивнула она – просто хотела убедиться.
- Это замечательно, что ты понимаешь…. Я читал твою предвыборную программу, но ты должна понимать, что… они не дадут тебе заниматься такими вопросами, твоя партия не даст. Все, что связанно с отходом от советского и российского это табу, которое несет партия.
- Партия средство продвижения к власти, не больше. Скоро я подведу страну к тому, что мне уже не нужна будет партия.
- У тебя грандиозные планы, и не страшно, говорить это постороннему человеку? – он нахмурился
- Вы же сами сказали, что цели у нас одинаковые.
- Вполне – он посмотрел в окно, машина подъехала

Не стейсняйтесь, ругайте как хотите)))

[Вокзальна Весна]

Ну, как бы вот...Для тех кто понимает украинский язык)))
а, и еще:я написала только вторую половину

Щось зрушилося в світі: хтось кричав
Крізь ніч моє ім’я, неначе на тортурах,
І хтось на ґанку листям шарудів,
Перевертався і не міг заснути.

Я вчилася науки розставань:
Науки розрізняти біль недужий
І біль животворящий (хтось писав
Листи до мене і кидав їх в грубку,
Рядка недописавши). Хтось чекав
Чогось від мене, але я мовчала:
Я вчилася науки розставань

Щось зрушилося в світі: хтось любив
Мене, а я про те не здогадалась.
І хтось, можливо, поруч часто був,
За спиною, а я не оберталась.

Я бачила, що світ уже померк.
Зосталося лиш загасити світло
В оселі тихій (мабуть, хтось карав
Себе за те, що ще любов не стихла
До суму весняного). Хтось хотів
Чогось від мене – я не захотіла.
Я бачила що світ уже помер.

[Lilisha]

Что-то давно в этой темке не было сообщений....

Наверное, оставлю тут свой след!

* * *
Незаменимых не бывает? Не скажи...
Есть те, которых вряд ли кто заменит.
И ты поймешь, что ты не там, не с теми,
И сам погряз в смазливой грязной лжи.

И осознав ничтожность своих дел,
К груди лишь той, что ждет тебя и верит,
Ты припадешь....узная суть потери,
И обнаженных не захочешь тел.

А что она? Захочет ли вернуть,
Осколки в чашу подлинную склеить?
Когда ее ни капельки не ценят,
Дает себя жестоко обмануть.

А ты придешь с поникшей головой,
Ее звонком полночным растревожишь,
Ведь без нее прожить ты вряд ли сможешь...
Пусть даже если за руку с другой...

* * *
Не замыкай в кулак свою печаль,
Не возвращайся в память нашу снова.
Пусть к нам судьба безжалостно сурова,
Давай посмотрим чистым взглядом вдаль.

Нас ожидает горькой вкус разлук,
Подаренные наспех поцелуи,
Давай в последний раз с тобой станцуем,
И пусть не целит в нас Амур свой лук.

Не нужно больше слов или молитв,
Не стоит в храме падать на колени,
Заказывать за здравие молебен
Болеющей разлуками любви.

Нет смысла в наших встречах и словах,
И в будущее двери нам закрыты,
Я рвусь к тебе без силы и без прыти,
И проседь серебрится в волосах.

Забудь меня, как забывают день,
Несущий в себе черные приметы.
В дыму твоей последней сигареты,
Моя последний раз проскочит тень...

Любимому и единственному

Ночь весенняя дышит прохладой,
И в окно заглянула луна,
В нашей комнате пахнет усладой,
Нам с тобою совсем не до сна...

Я тебя окроплю поцелуем,
Лебединую верность храня...
Тебе больше не встретить такую,
Для тебя была создана я...

Мои руки даны для объятий,
Чтобы шею твою обвивать,
Чтобы ты опьяненный от счастья,
Этой ночью не смог засыпать...

Мои губы даны для признаний,
Для правдивых и нежных слов,
Для с ума сводящих касаний,
От которых волнуется кровь...

Богом быть для тебя сотворенной -
Вот награда моя за потери...
Быть открытой, родной, не притворной,
И, не пряча свой взгляд, тебе верить ...

Ведь могло же такое случиться,
Что узнав вкус разлук и печали,
В перепутанных смешанных лицах
Мы с тобою друг друга узнали ....


(Мое скромное творчество) *удалено*

[Lilisha]

* * *
Незаменимых не бывает? Не скажи...
Есть те, которых вряд ли кто заменит.
И ты поймешь, что ты не там, не с теми,
И сам погряз в смазливой грязной лжи.

И осознав ничтожность своих дел,
К груди лишь той, что ждет тебя и верит,
Ты припадешь....узная суть потери,
И обнаженных не захочешь тел.

А что она? Захочет ли вернуть,
Осколки в чашу подлинную склеить?
Когда ее ни капельки не ценят,
Дает себя жестоко обмануть.

А ты придешь с поникшей головой,
Ее звонком полночным растревожишь,
Ведь без нее прожить ты вряд ли сможешь...
Пусть даже если за руку с другой...

* * *
Не замыкай в кулак свою печаль,
Не возвращайся в память нашу снова.
Пусть к нам судьба безжалостно сурова,
Давай посмотрим чистым взглядом вдаль.

Нас ожидает горькой вкус разлук,
Подаренные наспех поцелуи,
Давай в последний раз с тобой станцуем,
И пусть не целит в нас Амур свой лук.

Не нужно больше слов или молитв,
Не стоит в храме падать на колени,
Заказывать за здравие молебен
Болеющей разлуками любви.

Нет смысла в наших встречах и словах,
И в будущее двери нам закрыты,
Я рвусь к тебе без силы и без прыти,
И проседь серебрится в волосах.

Забудь меня, как забывают день,
Несущий в себе черные приметы.
В дыму твоей последней сигареты,
Моя последний раз проскочит тень...

Любимому и единственному

Ночь весенняя дышит прохладой,
И в окно заглянула луна,
В нашей комнате пахнет усладой,
Нам с тобою совсем не до сна...

Я тебя окроплю поцелуем,
Лебединую верность храня...
Тебе больше не встретить такую,
Для тебя была создана я...

Мои руки даны для объятий,
Чтобы шею твою обвивать,
Чтобы ты опьяненный от счастья,
Этой ночью не смог засыпать...

Мои губы даны для признаний,
Для правдивых и нежных слов,
Для с ума сводящих касаний,
От которых волнуется кровь...

Богом быть для тебя сотворенной -
Вот награда моя за потери...
Быть открытой, родной, не притворной,
И, не пряча свой взгляд, тебе верить ...

Ведь могло же такое случиться,
Что узнав вкус разлук и печали,
В перепутанных смешанных лицах
Мы с тобою друг друга узнали ....


(Мое скромное творчество) http://www.stihi.ru/avtor/krnbou

[Rosio]

очередной творческий выброс)

Крысолов


Города заглушают чувство опасности. В серых однообразных улицах легко забыть о своих страхах – ведь ты это не ты, ты лишь один из многих, твои страхи не найдут тебя, они потеряются в бесконечных переходах. В городах никогда не узнаешь, кто сегодня приехал, откуда и с какой целью. Города скрыли наши лица самой прочной и удобной маской – маской без лица…

Макс сидел за компьютером и бездумно лазил в Интернете. Обычные форумы, обычные сайты, нигде ничего нового. В колонках тихо гудел очередной транс. Вдруг, до ушей парня донесся яростный писк. Он оглянулся – в клетке яростно бесились две его крысы. Миролюбивые зверьки как обезумели – они грызли прутья клетки, раня маленькие пасти.
- Вы что, с ума сошли? Или заболели?! – испуганно пробормотал парень, кидая на клетку свою футболку, в надежде, что внезапная темнота успокоит крыс. Те, однако, продолжали пищать и грызть прутья. – Твою мать!
Одна крыса подавилась куском проволоки и, захрипев, сползла на пол клетки. Вторая не обратила внимания на смерть товарки, подключив к делу свои лапки.
- Да что это такое! – Макс действительно перетрусил. Крутой хакер, сильный спортсмен, первый парень во дворе испуганно хлопал по клетке своей футболкой, и еле сдерживался, чтобы не позвать маму. Что было бы абсолютно бессмысленно – мама уехала в очередную командировку.
Резки звонок в дверь заставил парня подпрыгнуть на месте. Крыса яростно ощерилась и зарычала, медленно пятясь к домику. Макс, накинул на клетку покрывало и пошел открывать дверь. Неожиданным гостем оказался Игорь – сын недавно переехавшей семьи.
- Здравствуй, Максим. Я прошу прощения за поздний визит, но мне сказали, что ты прекрасно разбираешься в компьютерах – вошедший чуть склонил голову и искоса метнул взгляд на Макса. Юноша обладал хищной красотой, словно змея за стеклом террариума. Тонкие черты лица, зеленые глаза и светлые волосы лишь подчеркивали его холодность, а тихий голос внушал легкий страх. Макс и сам не мог понять, почему он так невзлюбил этого парня.
- Да, конечно, я разбираюсь. В чем проблема?
- Мне кажется, вирусняк подхватил…
Макс кивнул и пошел с Игорем в его квартиру. Идти было недалеко – Игорь жил этажом выше.
- Ты прости, мама болеет, поэтому сразу в мою комнату… - тихо проговорил юноша, приложив тонкий палец к губам. Макс только кивнул, ощущая, как неизвестно с чего начинает колотиться сердце. «Как у загнанного зверя» - мелькнуло у него в голове, и мысль эта уходить не желала.
Комната у Игоря была странная. Стены были обклеены белыми обоями с еле видным геометрическим рисунком. Кровать была застелена строгим черным покрывалом, а компьютерный стол поражал порядком. Складывалось впечатление, что в комнате не жили, а проживали – все было безлико и безжизненно.
- Показывай машину… - пробормотал Макс, изо всех сил стараясь выглядеть беззаботно.
Игорь вновь улыбнулся и включил компьютер. Следующие два часа пролетели незаметно. Макс полностью погрузился в любимое дело, а Игорь бесшумно сидел на кровати, изредка отвечая на вопросы о компьютере.
- Все, я тебе антивир установил, теперь можешь работать в свое удовольствие. – Макс обернулся и непроизвольно вздрогнул – в своих черных джинсах и свитере Игорь почти сливался с кроватью.
- Спасибо, Максим. Я запомню твое добро.
И почему эта обычная фраза заставила его сердце сжаться от страха?
***
Сон был тяжелым и противным. Макс наблюдал за двумя детьми, которые мучили крысу.
- Хватит… Уроды мелкие! Хватит, я сказал! – Макс попытался схватить одного ребенка за шиворот, но его рука скользнула мимо, как у призрака.
- Они не слышат тебя.
Макс вздрогнул и резко повернулся. Игорь отстраненно наблюдал за происходящим. На нем был странный просторный плащ, словно сшитый из разных кусочков материи, смешные брюки со штанинами разного цвета и клоунский колпак.
- Почему? Что вообще такое? Где я?
- Это Гамельн. Старый добрый город Гамельн. Его заполонили крысы – только не в них была проблема. Дети – вот настоящая кара этого города.
- О чем ты говоришь? Кто ты вообще такой?
- Прочитай легенду о Пестром Флейтисте… Только легенда лжет. Все было не так.
Макс почувствовал, как его затягивает в какую-то дыру. На миг перед глазами все помутилось, а затем он почувствовал сильный удар по подошвам. Парень вскрикнул от неожиданности и протер глаза. Он стоял в старом кабинете, перед резным деревянным столом. Напротив него сидел крепко сбитый мужчина. Судя по всему, он был еще достаточно молод, только в волосах серебрилась преждевременная седина.
- Помоги нам, Флейтист. И мы отблагодарим тебя…
- Вы убьете меня, а имя мое будет проклято.
Макс подпрыгнул и вперился глазами в говорившего. Игорь – только повзрослевший, более жесткий и собранный. На нем был все тот же странный пестрый наряд, а в тонких пальцах серебрилась флейта.
- Что ты говоришь? Спаси нас от крыс, и мы отблагодарим тебя так, как ты пожелаешь! Проси в награду все что захочешь!
- Я спасу вас от крыс. И от самих себя.
Флейтист вышел из кабинета и Макс поспешил за ним. Они шли по грязным и темным улочкам Гамельна, пока не уперлись в небольшой дворик.
- Запомни – города убивают чувство опасности. Запомни это – и смотри.
Макс вздрогнул и открыл, было, рот, но Игорь уже начал играть на флейте. Жуткая музыка неприятно царапала нервы, было в ней что-то такое, что заставляло сжаться от предчувствия неотвратимой беды. На этот жесткий звук стали сбегаться крысы, которые вскоре заполнили весь дворик и близлежащие улочки... Они яростно щерились и рычали, но не могли противостоять музыке. Флейтист несколько мгновений смотрел на них, а затем оборвал мелодию резким свистом-приказом. Крысы бросились врассыпную и дворик мгновенно опустел. Макс взглянул на Игоря и закусил губу – мужчина выглядел так, будто только что самолично разгрузил грузовик с углем.
- Что с тобой? – прошептал парень, не надеясь на ответ.
- Я – Крысолов. Пестрый Флейтист из Гамельна. Я проклят и я свят. Я избавил город от внешних крыс. Сейчас я избавлю его от истинных…
И мужчина вновь заиграл на флейте. Музыка стала другой – более спокойная, более чарующая….И вот, на ее звуки потянулись дети. Маленькие горожане Гамельна шли на музыку словно крысы, и точно так же скалились и шипели. Крысолов медленно прошел сквозь дворик и стал выходить за пределы города. Макс последовал за ним, боясь признаться себе, что знает, чем закончится этот жуткий концерт. Дети тащились следом, рыча и плача, дергаясь и царапая себя. Из окон домой понеслись проклятия, но родители не могли и пошевелиться, - все, что им было доступно, так это вид на жуткую процессию. Они подошли к обрыву. Дети стояли молча, опустив головы и лишь руки у них дрожали. Флейтист нежно свистнул, и они, словно стадо леммингов рванулись вперед, в зияющую пропасть….
- Нет!! За что?!
- Я – Крысолов. Я – Пестрый Флейтист. Я спас город от крыс.
- Зачем ты пришел в мой город? – кричать не было сил, из горла вырвался лишь хриплый шепот.
- Если я пришел – значит, расплодилось слишком много крыс. – Игорь смотрел прямо на Макса, и в глазах его была лишь усталость. – Но я запомню твою доброту, мальчик. И я отплачу.
Крысолов поднес флейту к губам и коротко свистнул. Максу показалось, что в него выстрелили в упор. В глазах замельтешили пестрые одежды флейтиста…. И он проснулся.
***
Весь день парень ходил сам не свой. В интернете он нашел все, что мог о городе Гамельне и о Крысолове. Там же были представлены варианты легенды о Пестром Флейтисте. Все они были практически одинаковы, лишь с небольшой разницей – некоторые гласили, что дети остались живы, и поселились в Карпатских горах. Макс усмехнулся – он знал правду. Жуткую и беспощадную. Никто не выжил – но никто и не мог выжить. Крысолов лишь выполнял условие договора – он изгонял крыс. Всех крыс, и неважно, кем они были – зверями или же людьми.
Звонок в дверь вывел Макса из задумчивости. Крыса тихо зашипела в своей клетке, и парень ощутил противный холодок в животе. Он знал, что это произойдет, но все-таки до последнего верил в лучшее.
- Здравствуй, Макс.
- И тебе привет, Крысолов. Или мне называть тебя Игорь?
- Без разницы. Имя является лишь звуком, забавной попыткой отразить сущность. Но то, как мы устроены гораздо сложнее, чем имя.
Макс кивнул, искоса поглядывая на своего собеседника. Игорь по-прежнему был в черном, лишь вокруг шеи обвился пестрый шарф, да из кармана выглядывала флейта. Они сидят за столом, пытаются пить чай – да только это чаепитие безумней, чем у Кэрролла.
- Ты уничтожишь крыс?
- Истинных. Твоя крыса будет жить. Я помню твое добро.
- А если бы я отказал тебе?
- О, тогда бы сегодня в полдень ты ощутил бы очень сильную тоску. Такую, что повесился бы у себя в комнате.
- Это месть?
- Это долг.
Странный голос – без эмоций, холодный, металлический – он не мог принадлежать парню лет девятнадцати, просто не мог. Неожиданно, Игорь улыбнулся.
- Я не настолько жесток, как ты думаешь. И к тому же – я помню добро и всегда плачу по счетам. Чего ты желаешь?
Тишина. Слышно, как на кухне тикают часы, как дышит в клетке перепуганная крыса, как шуршит ветер в ветках деревьев… тишина. Только собственная совесть звенит, как натянутая струна. Перед ним распахнула крылья вечность – протяни руку, и все твое! Все: девушки, деньги, власть, весь мир…
- Не убивай.
Все. Слово сказано. Вечность обиженно взмахнула разноцветными крыльями и растворилась, зато совесть перестала напоминать звенящую струнку.
- Один мальчик – и весь город. Ты судишь всех по себе? – Игорь иронично приподнимает бровь, зеленые глаза полыхают дьявольским огнем.
- Нет. Я просто выказал свое желание.
- Хорошо, мальчик из старого города. Я уйду, и уведу за собой лишь внешних крыс. Но помни – я вернусь. И я отплачу.
Игорь – точнее, Крысолов – поднялся на ноги. На нем уже не черный строгий костюм, а пестрый шутовской наряд.
- Игорь! – Макс впервые зовет его по имени, и Крысолов замирает у порога. – Как долго ты так ходишь? В поисках крыс, уничтожая их…
- Долго. Слишком долго, чтобы позволить себе расчувствоваться.
- Возьми меня с собой.
- Ты уже использовал свое желание, мальчик.
- Это просьба. Пожалуйста.
И вновь тишина. На сей раз – тревожная. Мальчик – и существо куда более запредельное, чем человек стоят рядом, между ними расстояние в несколько сантиметров.
- Зачем ты мне нужен?
- Я… я хочу помогать тебе. Я буду искать в городах того, кто сможет его прикрыть собой и отстоять.
- Это нелепо. Прощай.
- Стой!
Поздно. Там, где стоял Игорь теперь пусто. Лишь в воздухе витает осколок мелодии на флейте.
- А я все равно найду тебя и буду помогать. – Макс сказал это в пустоту, зная, что тот, кому суждено услышать эти слова услышит их, где бы он ни находился. Вечность тихо рассмеялась за его плечом, но Макс этого не заметил.